В канун выборов одни кандидаты в изобилии раздают предвыборные обещания и гречку, другие мелькают на бигбордах и телевизионных эфирах. Киевский предприниматель Александр Лойфенфельд баллотируется в Киевраду на предстоящих 25 октября местных выборах, однако не занимается ни тем, ни другим. Он предпочитает говорить о себе делами.

В его непубличности и немногословности нет никакого секрета. Так уж сложилось, что раньше Александр занимался бизнесом, в том числе банковским, и привык к тому, что деньги любят тишину. А потом он открыл для себя мир еврейской традиции и усвоил, что добрые дела следует делать анонимно.

Поэтому взять у него интервью гораздо сложнее, чем деньги на благотворительность. Тем не менее, Александр Лойфенфельд специально для «Багнета» побеседовал с известным журналистом и блогером Игорем Левенштейном.

Я не сразу узнал вас. Вы стали непохожи ни на собственные фото в интернете, ни на себя самого, каким я вас запомнил по нашей давнишней встрече на пресс-конференции в УНИАН. Тогда передо мной стоял крутой бизнесмен, а сейчас я вижу седобородого религиозного еврея. Когда и почему произошла такая перемена?

Да, это было достаточно давно. С тех пор в моей жизни произошли некоторые события, серьезно изменившие мое мировоззрение. В частности, во время кризиса 2008 года я пережил серьезные проблемы с бизнесом. И в этой стрессовой ситуации немало людей, которых я считал своими друзьями, повели себя по-другому. Этот опыт побудил меня пересмотреть многие жизненные установки. Я реально ощутил, что материальные ценности преходящи, а ценности духовные вечны. Именно в это время я очень серьезно погрузился в мир еврейской традиции. Я ведь принадлежу к поколению, которое в советские времена было начисто лишено возможности приобщиться к ценностям тысячелетней еврейской религии, истории и традициям. А теперь для нас открылась сокровищница вековой мудрости, и я шаг за шагом втянулся в этот удивительный мир. В том числе, открыл для себя такие краеугольные понятия иудаизма, как заповеди пожертвования, добрых дел и исправления мира. Соблюдение заповедей стало для меня своего рода перезагрузкой.

Каждый, кому доводится проходить от Золотых ворот по улице Ярославов Вал, непременно обращает внимание на первый дом – необычной формы, с остроконечным шпилем на крыше. Киевляне называют его Замок барона или Приют рыцаря. Раньше много писали о том, что этот дом выкупили вы. Об этом даже говорится в Википедии. На первом этаже дома находится галерея-ризница «Чудотворные иконы Афона» с уникальным собранием икон, а также просветительским центром. В отличие от скандалов по поводу продажи Замка барона, о том, что эту галерею организовали именно вы, не знает практически никто. Как согласуется статус соблюдающего еврея с поддержкой православной институции?

Для меня здесь нет никакого противоречия. Во-первых, в те годы, когда приобщение к иудаизму было невозможным, я очень интересовался христианством, и можно сказать, заложил фундаментальную религиозную основу для дальнейших студий. А во-вторых, христианство генетически связано с иудаизмом, оно происходит от иудаизма – так же, как и ислам. Ветхий завет – это еврейское Пятикнижие, главные персонажи Нового завета – евреи. Так что у меня нет внутреннего конфликта в том, чтобы, будучи иудеем, помогать своим согражданам других конфессий в том числе – в духовном плане. Понятно, что Бог – один, просто разные народы поклоняются и служат ему по-разному. И в высказывании, что перед Богом нет ни эллина, ни иудея, есть большой смысл. Я в равной степени дружу и сотрудничаю и с раввинами, и с православными иерархами и очень ценю их дружбу и наставления.  

Очевидно, что духовное начало для вас очень важно. А чем вы планируете заниматься в случае избрания в Киевраду?         

Я как раз и хотел бы сосредоточиться на вопросах, связанных с возрождением духовности, на проблемах гармонизации общества. Сегодня в нашем обществе очень высокий градус агрессии, очень сильное расслоение по разным идеологическим и социальным параметрам и очень большая готовность к столкновениям. Необходимо всячески противостоять агрессии и нетерпимости, а это возможно только на основах духовности. Громко говоря, я хотел бы, чтобы в Киев вернулся Бог. Потому что, к сожалению, нужно признать, что на каком-то этапе он отвернулся от нашего города: вспомним хотя бы то, что первая кровь в независимой Украине пролилась именно в Киеве во время событий на Майдане. И, увы, как оказалось, это была далеко не последняя кровь в украинской столице.  

Собственно, проектами такой тематики – возрождения духовности и воспитания толерантности – я уже занимаюсь и намерен заниматься на еще более серьезном уровне. Формально это можно осуществлять, например, в составе постоянных комиссий Киеврады по культуре и туризму или по вопросам образования, науки и инновационной политики, дело не в вывесках – на самом деле, вопросы духовности пронизывают программную деятельность значительно большего числа департаментов, чем это может показаться.

Какие проекты на благо киевлян вами реализованы?

Вообще-то иудейская традиция предписывает делать добрые дела анонимно. Поэтому я стараюсь не афишировать и не выпячивать то, что делаю. Но если для избирателей непременно нужно назвать что-то конкретное, то помимо галереи-ризницы «Чудотворные иконы Афона», через которую за два с лишним года прошли свыше двухсот тысяч человек, я бы назвал помощь некоторым негосударственным школам в решении правовых и финансовых проблем. А еще я активно участвую в работе структур, связанных с увековечиванием памяти трагедии Бабьего Яра. В перспективных планах значится реализация проекта заслуженного строителя Украины, академика Владимира Пинчука «Музей Бабьего Яра», а также – создание в Бабьем Яру площади Единства (Єдності), где будут возведены храмы четырех конфессий (православная церковь, католический костел, мусульманская мечеть и иудейская синагога) и дворец для проведения различных конференций на государственном уровне. Украина – уникальная страна, которая исторически естественным образом, а не за счет мигрантов, сочетает на своей территории эти религии. И в столице Украины обязательно со временем должен появиться такой комплекс.  

Вы для этого хотите снова пройти в Киевраду?

В том числе. Я – коренной киевлянин, и у меня есть вполне естественное желание что-то сделать для родного города. А депутатский статус этому существенно способствует. Тем более, что я проработал в Киераде немало лет и получил большой опыт: понял, как работает механизм Киеврады, узнал, как вести себя с бюрократами, как нужно действовать, чтобы достигать результата. И я надеюсь, что этот опыт мне удастся применить в будущей работе.       

Почему вы идете на выборы с партией Александра Омельченко «Єдність»?  Наверняка вас рады были бы видеть у себя и другие политсилы.

Во-первых, мне очень нравится, что в программе и во всех заявлениях и документах «Єдності» полностью отсутствует какая-либо агрессия, настроенность на конфронтацию и непременное уничтожение оппонентов. Зато наличествует конструктив и нацеленность на конкретную созидательную работу. А во-вторых, я с большим уважением отношусь к Сан Санычу Омельченко, который за годы работы в качестве киевского мэра зарекомендовал себя настоящим лидером и хорошим хозяйственником. И что особенно важно: при нем коррупция в Киевраде не имела системного и масштабного характера. Такого, как это сложилось в последующие годы. И лично Омельченко не был замазан в коррупционных скандалах.