12:30 / 23.03.2010 Политика

Мать Никиты Хрущева называла сына «царем» (ФОТО)

23 марта – годовщина смерти матери Никиты Хрущева, Ксении Ивановны

Picture

«Тот, кто был у матери в любимчиках, входит в жизнь как завоеватель, с уверенностью в победе, зачастую обеспечивающей реальный успех»

Зигмунд Фрейд

Имя Никиты Хрущева прочно ассоциируется с Украиной и Киевом. Одни вспоминают его невежество и необразованность, помноженные на грубость и авторитарность. Другие же, наоборот, говорят о том, что только при нем они по настоящему почувствовали себя советским человеком. Первые, приписывают ему разгром творческой мысли интеллигенции. Другие, говорят о существенном развитии науки во время его правления.

В рамках одной статьи невозможно дать оценку его деятельности, а вот найти одну из причин его «многостранности» -- возможно. Тем более что в этом, как всегда, замешана женщина. И не просто женщина, а мать по имени Ксения.

История свидетельствует, что 17 апреля 1894 года в семье Хрущевых, проживающих в селе Калиновке Курской губернии, родился сын, получивший имя Никита. Бедные безземельные молодые родители, в поисках более-менее сносной жизни перебрались в Юзовку (ныне Донецк), чтобы прокормиться в индустриальном Донбассе. Бедность была такой, что даже о братишке или сестричке для Никитушки они и не помышляли.

Лишь два года спустя, появилась сестренка Ира, после чего, Ксения Ивановна «поставила точку» в этом вопросе. По воспоминаниям последней невестки, мать Хрущева всю жизнь считала мужа неудачником и бездарем.

«Мать его была женщина с сильной волей, женщина-боец. – Вспоминала Нина Петровна Кухарчук. – Отважная, никого не боялась. Отец – тот гораздо мягче, добрее, а вот она никому не давала спуску. Он мягкий и слабый, а она держала его под каблуком».

Именно мать настояла на том, чтобы сын пошел в шахту и, не только, чтобы заработать денег, а и найти себя в обществе. Она сама отправила сына в шахту на опасную работу еще и затем, чтобы он стал большим человеком, а не никчемным, как его отец. Материнскому воспитанию Хрущев был обязан всем. Как вспоминал сам Никита Сергеевич: «Мать сделала все, чтобы я не пристрастился ни к табаку, ни к водке». Только лишь, в период работы в Москве, на «сталинских посиделках» он был вынужден употреблять вместе со всеми, иначе…

Стоит привести один интересный факт из его биографии. Зять Хрущева Алексей Аджубей в своих воспоминаниях привел такой разговор с тестем: «Когда я был маленьким, - в несвойственной задумчивой манере, рассказывал Никита Сергеевич, - и пас коров на полянке в лесу, ко мне подошла старуха. Долго смотрела в глаза, я даже оторопел. И услышал от нее странные слова: Мальчик, тебя ждет большое будущее». Эту историю, тогда еще Никитушка, рассказал матери. Впоследствии этот факт подтвердился, когда Любовь Сизых (последняя, третья жена сына Никиты Сергеевича от первого брака, Леонида) рассказала о разговоре с мамой-бабушкой, как называли Ксению Ивановну в семье: «Ксения боготворила сына, называла его царем и хвалилась, что всегда знала, из Никиты выйдет большой человек».

В 1932 году Хрущев забрал родителей к себе в Москву. И если Сергей Никанорович не смог найти себя в столице, как и в «Доме на набережной», то мать попала «в свою стихию». Практически все дни она вместе с соседками, матерями таких же партийных функционеров, просиживала на скамеечке возле подъезда и рассказывала о своем сыне, о его первых детях. История не любит сослагательных наклонений и предположений, но не исключаю того, что данные разговоры о сыне, которого любила она и который любил Сталина, доходили до адресата…

Любила мать своего сына не только как свое дитя, но и как «большого человека». При этом, как вспоминают все остальные домочадцы, она сразу невзлюбила Нину Петровну, поскольку считала, что самой лучшей женой Никиты была Ефросинья Ивановна - Фрося, мать Лени и Юли (первая жена умерла от тифа в 1919-м). Вторую жену, Марусю, опять же, по воспоминаниям, она просто выжила из дома. И последняя невестка, и внуки (вторые) давали такую характеристику Ксении Ивановне: «Мать Хрущева – широколицая, суровая на вид, с гладко зачесанными назад волосами, была сильной женщиной. Ксения была не просто умной, но по-настоящему мудрой женщиной. Будь у нее хоть какое-то образование – о, это было бы нечто».

В 1938 году от туберкулеза умер Сергей Никанорович, которого похоронили не на престижном московском кладбище, а на ближайшем к дому (скорее всего, на Ваганьковском). После похорон отца, ни сын, ни жена более ни разу не были на его могиле, которая на сегодняшний день не найдена… А затем наступил 1939-й, год начала украинского этапа в жизни Никиты Сергеевича и его большой семьи. Он не мог жить сам в одиночестве, без жены, всех своих детей и, конечно же, матери. С началом Великой Отечественной войны вся семья Хрущевых, за исключением Леонида Хрущева и самого Никиты Сергеевича, направляется в эвакуацию в Куйбышев, под руководством, конечно же, «мамы-бабушки».

Став вновь первым секретарем ЦК КПУ (б), уже в сентябре 1944-го он возвращает семью в родной Киев. Хрущев снова на орбите власти, им гордится страна и республика, еще до конца не освобожденная от немецко-румынских оккупантов. Приближается славная дата в жизни любого политического деятеля – 50-летие. Уже была надежда, что к круглой дате появится «благоволение» вождя. Но. Это пресловутое но, всегда вносит свои коррективы, а то и меняет образ жизни. 29 февраля 1944-го получает тяжелое, но еще не смертельное ранение, Николай Федорович Ватутин. Верный своему авантюризму, а точнее, самоуверенности, Никита Сергеевич убеждает Москву, что киевские врачи не только спасут легендарного полководца, но и поставят его на ноги.

Увы, в таких случаях, промедление смерти подобно. 15 апреля остановилось сердце талантливого полководца, любимца войск и народа. А 17 апреля, в день своего полувекового юбилея, вместо праздника в свою честь, Никита Хрущев провожает в последний путь генерала Ватутина. Ксения Ивановна, верная материнскому чутью, очень переживала за то, что смерть одного из любимых сталинских генералов, может «поставить крест» на дальнейшей карьере сына. Но, опять но. Здесь, если так можно выразиться, Хрущеву подыграл Жуков, который после смерти Ватутина стал командующим 1-м Украинским, во главе которого и взял Берлин.

Стараниями Жукова-Хрущева была распространена версия о том, что изначально, ранение Ватутина было смертельным. Однако, переживания матери, да еще и в таком возрасте, сказались на ее здоровье. Буквально через полгода после переезда в Киев, она скончалась. В отличие от отца, мать была похоронена на центральной аллее Лукьяновского кладбища. Будучи уже руководителем государства, Никита Сергеевич очень часто наведывался на родную могилку. Помня о своем пролетарском происхождении, он запретил ставить на ее могиле памятник. Сегодня могила мамы Хрущева внесена в реестр памятников истории Киева. Следует отметить еще и то, что в одной могиле похоронено два человека: теща и зять, т.е. Гонтарь Виктор Петрович, муж старшей дочери Юлии, бывший директор Киевской оперы, которого она так любила.

Мы не знаем, как и каким образом «хрущевцы» Украины будут 17 апреля вспоминать имя Никиты Сергеевича, но если говорить о нем и его делах, то стоит, наверное, сказать и слово о матери… А о ней не сказано ни слова… Жаль, что ранее не говорилось о матери человека, вошедшего во всемирную историю. А что мы знаем о ней. Знаем, что родилась она 6 февраля (24 января) 1872-го, а умерла 23 марта 1945-го. Но с 17 апреля 1894-го до самой смерти она была и ангелом-хранителем своего сына, его ценителем и единственным его судьей…

 

Сергей Смолянников

ТЭГИ: