Портреты Хайки и Эли в Национальном музее в Варшаве, худ. К.Радзивиловский 

Небольшое местечко Жванец, что на границе Подолии и Буковины, по праву может считаться самым «монархическим» поселком Украины, а то и Европы.  Последнее не значит, что населен он монархистами.  Просто здесь успело побывать целое созвездие разнокалиберных монархов из самых разных стран.  В 1621-м Жванец посетил польский королевич Владислав (будущий король Речи Посполитой Владислав IV и царь Московский Владислав Жигимонтович), в 1653-м здесь побывали король Ян Казимир и крымский хан Ислам-гирей, в 1672-м —  турецкий султан Мехмет IV и будущий король Ян Собеский, в 1781-м — король Станислав Август II Понятовский, заезжали сюда и гетманы Петро Сагайдачный, Богдан Хмельницкий и Петро Дорошенко.

Пожалуй, самый заметный след в истории Жванца оставил российский император Николай I, решивший построить здесь грандиозную крепость, чтобы в случае войны сдерживать австрийцев — граница проходила тогда всего в трех километрах от местечка. Начало строительных работ запланировали на 1848 год, тогда же царское правительство решило выселить из местечка всех евреев как заведомо неблагонадежных.

По ряду причин проект окончился пшиком, и массовый исход евреев отменили. Иудеям, так и быть, разрешили и далее жить в Жванце, но строго запретили возводить новые здания и даже производить ремонт существующих. Неудивительно поэтому, что в феврале 1869 года «Подольские епархиальные ведомости» так описывали застройку местечка: «...Достаточно тесная и грязная базарная площадь, окруженная разнокалиберными еврейскими домами, не отмечающимися ни архитектурой, ни чистотой. Ее середина загромождена маленькими магазинчиками, в которых, кроме мелких товаров, продают инкогнито разные контрабандные ткани и сукна».

Еврейские дома, Жванец, нач. 1920-х годов 

После этой цитаты может сложиться впечатление, что евреи совсем не хотели следить за состоянием городской застройки. И мало кто помнил тогда, а тем более сегодня, что в «еврейской» тесноте и грязи виновато самодурство российского императора. История, что и говорить, печальная — в отличие от эпизода, которым запомнился в Жванце последний король Речи Посполитой Станислав Август II.

Король был писаным красавцем, и барышни просто млели, едва он появлялся на горизонте. Первой его женщиной стала сама императрица Екатерина II. Роман был кратковременным, но бурным. Юный Понятовский настолько запал царице в душу, что вскоре она сделала его королем Речи Посполитой (монархи там избирались, если кто забыл). Осенью 1781 года это Прекрасное Величество соизволило посетить Жванец проездом в Каменец-Подольский.

Появление такого кавалера в провинциальном местечке вызвало фурор среди женской части населения. Станислав Август, заметим, тоже не пропускал ни одной юбки.

Итогом пребывания венценосного ловеласа в Жванце стали два женских портрета, написанных придворным художником Кшиштофом Радзивиловским — некой Хайки (жены «купца Абрамки со Львова») и ее дочери Эли. Считается, что это едва ли не самые первые портреты «местечковых» еврейских женщин. Сейчас их можно увидеть в Национальном музее в Варшаве. Раньше эти картины украшали стены королевского дворца. Заметим, что такой чести удостаивалась не каждая, даже очень титулованная любовница монарха, — видать Хайка и Эля надолго запали в сердце королю.

«Король Станислав Август II», худ. М.Баччарелли, 1764

«Станислав Август II», худ. Й.-Б. Лампи

Сегодня остается только гадать (какой шикарный простор для фантазии), как проистекали свидания монарха с Хайкой и ее дочкой.  Морализаторам напомним, что описанная ситуация была вполне в духе галантного XVIII века, когда даже в высшем свете было нормой предложить жену или дочь высокопоставленной особе. Опять же, что в этой ситуации мог предпринять еврейский купец, пусть и весьма состоятельный?

Тем не менее благодаря этой, абсолютно таблоидной и «желтой» истории мы можем полюбоваться замечательными портретами, получив представление о местечковой еврейской моде конца XVIII века.

Дмитрий Полюхович, специально для «Хадашот»