Как бы вы отнеслись к тому, что, выложив кругленькую сумму за квартиру, годами не можете в нее въехать? Просто потому, что ее бывшие владельцы никак не желают расставаться с проданным за долги имуществом. Наверное, вам покажется, что это невозможно? Но, тем не менее, именно в такую ситуацию попал киевлянин Дмитрий Крупский, который и рассказал «Багнету» свою квартирную эпопею. Надеемся, что она послужит хорошим уроком для тех, кто до сих пор верит в отечественное правосудие.

- Все началось с того, что в 2003 году я собрался жениться, - рассказывает «Багнету» Дмитрий. – Подсобрал денег, продал однокомнатную квартиру на Троещине, и решил купить двухкомнатную. Прочитал в газете «Авизо» объявление о том, что госпредприятие МВД Украины «Спецсервис» проводит открытые торги по продаже двухкомнатной квартиры на бульваре Вернадского. Подумал, и решил: ну и что, что аукцион, главное – продавец солидный! Все-таки фирма – государственная, имеет отношение к системе МВД, а не какая-то фирма-однодневка! Тем более, что квартиру на торги выставила государственная исполнительная служба, по требованию одного из известных украинских банков – «Аваль» (сейчас – «Райффайзен банк «Аваль»). Прихожу на аукцион, там все честь по чести – лоты, участники, распорядитель торгов... «Моя» квартира была 9-м лотом. За право купить ее состязались пять(!) человек. Я предложил самую высокую цену и, в итоге, стал победителем. Внес деньги за выигранный лот - и приготовился въезжать с будущей женой в новую квартиру. Но не тут-то было...

Дальше, как рассказал Дмитрий, начались настоящие чудеса:

- Через три дня, после проведения торгов – и внесения мною необходимой суммы - я с удивлением узнаю, что бывшая владелица проданной на аукционе квартиры подала в свой районный суд иск, в котором она просит признать торги недействительными. До рассмотрения дела на имущество накладывают арест, а я остаюсь, по сути, бомжом – человеком, без определенного места жительства! В итоге я вынужден снимать квартиру.

Раунд 1: Алкоголики могут не возвращать кредит?

Дело тянулось почти год, а завершилось тем, что поданный иск суд оставил без рассмотрения – все тот же районный суд бывшую хозяйку квартиры признал «ограниченно дееспособной вследствие алкогольной деградации». Дальше – больше: в дело вступил орган опеки. В июне 2004 года при его поддержке в тот же районный суд был подан новый иск. На сей раз о том, чтобы признать недействительными не только торги, но и договора кредита и залога квартиры. Мотивировка – проста, до боли: беря у банка деньги, эта женщина не понимала что творит, так как частенько «прикладывалась к бутылке». А посему не может отвечать по своим обязательствам.

- Но простите, судя по документам, в 2000 году, когда она брала кредит под залог своей квартиры – она была абсолютно нормальна! - рассказывает Дмитрий «Багнету». – Писала научные статьи, успешно прошла переаттестацию. А «ограниченно дееспособной» стала лишь в 2004 году – почти через год после аукциона! Более того, у нее было два года, чтобы рассчитаться по взятым на себя обязательствам. Ведь квартира была выставлена на торги в 2003 году, тогда как требование погасить долг исполнительная служба предъявила ей в 2001-ом.

Заметим, что у ответчицы был и «скрытый ресурс» для прекращения конфликта с банком. В 1998 году полученная когда-то ею небольшая однокомнатная квартира, тоже по бульвару Вернадского, была приватизирована на имя ее матери. Эту, вторую, квартиру можно было или заложить или продать и до дня торгов возвратить долг. «Однако она поступает иначе. Сразу же после торгов опротестовывает их результат, а затем, уже в качестве «ограниченно дееспособной», оспаривает договора кредита и залога. Более того, в 2005 году ее мать дарит свою однокомнатную квартиру и прописывается к дочери - в уже купленную мною двухкомнатную квартиру!» – возмущается Дмитрий.

Свое решение по делу о признании договоров кредита, залога и публичных торгов недействительными суд вынес только в феврале 2006 года: «в удовлетворении исковых требований к банку, исполнительной службе и предприятию «Спецсервис» отказать».

- Я уверен, не последнюю роль в таком решении сыграли сомнения в том, что ее действительно можно считать «ограниченно дееспособной», - продолжает повествование о своей «одиссее» Дмитрий. - Дело в том, что свое пагубное увлечение алкоголем она успешно совмещала с нормальным выполнением должностных обязанностей в известном академическом институте. Кстати, это получалось у нее настолько успешно, что на работе никто и не подозревал о том, что она – запойная хроническая алкоголичка, не отдающая отчета в своих действиях! Да и правдивость предъявленных суду медицинских документов, на основании которых и было принято судебное решение об ограничении ее в дееспособности, вызвала много вопросов у участников процесса. В одних присутствуют исправления, другие опровергнуты лечебными учреждениями, происхождение третьих не удалось установить.

Раунд 2: Нет цели кредита? – Его можно не возвращать!

Наше законодательство позволяет оспорить решение суда первой инстанции в апелляционном порядке. Поэтому Дмитрий особо и не удивился, что очередной раунд борьбы за проданную ему квартиру переместился в Апелляционный суд.

- Уже в марте 2006 года в Апелляционный суд Киева поступила жалоба на решение районного суда, - рассказывает «Багнету» Дмитрий. - Теперь уже районный прокурор просил признать договор кредита недействительным. И мотивировал свою просьбу не только тем, что заемщица была «не в себе», когда подписывала договор, но и тем, что в кредитном договоре не было указано целевое назначение и срок возвращения кредита. Хотя в кредитном договоре говорится, что банк открывает заемщице кредитную линию для расчетов при помощи платежной карточки на срок 12 месяцев».

Апелляционный суд подтвердил легитимность решения районного суда – в данном случае ни одна норма Закона не была нарушена. Казалось бы, после такого решения для Дмитрия эпопея с жильем должна закончиться. Дело решилось в пользу банка, а значит в его интересах, оформлено и зарегистрировано в БТИ право собственности Дмитрия на купленную квартиру, с ЖЭК-ом подписан договор как с владельцем квартиры. Только и остается, что переехать с женой и дочуркой из съемной квартиры в свою законную, приобретенную три года назад. Но, как оказалось, это был еще не конец тяжбы.

Бывшая владелица так и не выехала из чужой квартиры, а в суды «полетели» очередные иски. На сей раз - кассационные жалобы в Верховный суд с просьбами отменить решения судов первой и апелляционной инстанций. Прошел еще год жизни молодой семьи до того, как в августе 2007 года уже суд кассационной инстанции подтвердил законность договоров кредита и залога, а также публичных торгов.

Раунд 3: Все заново?

Наверное, никто не удивится, если мы скажем, что и это судебное решение не стало логическим завершением тяжбы. В ноябре 2007 года районный прокурор подает в районный суд очередной иск. Ответчики – те же: банк «Аваль», исполнительная служба и предприятие «Спецсервис». Требования – те же: признать договора кредита и залога, а также публичные торги недействительными. Доводы – те же: отсутствие в кредитном договоре 2000 года указаний на целевое назначение и на срок возвращения кредита. И невзирая на эти обстоятельства суд принял иск к рассмотрению.

- У меня возникло ощущение - замечает Дмитрий, - что на мое право собственности начата рейдерская атака. Уж очень несоизмеримы основания иска и выдвигаемые требования. К тому же пропущена исковая давность. Да и о нарушении банком прав заемщика в иске нет ни слова.

Раунд 4: Не последний…

Как будут развиваться события дальше – покажет время. «Багнет» обязательно вернется к освещению этого поистине резонансного дела.

А пока отметим, что этот вопиющий случай – далеко не единственный. И никто из покупателей конфискованного у недобросовестных заемщиков имущества не застрахован от судебных «боев» за право пользоваться купленным товаром. Более того, в этой битве им приходится рассчитывать только на себя – ведь ни от банка, ни от государственной исполнительной службы реальной помощи ждать не приходится. Эти организации безразличны к интересам людей, купивших продаваемое ими имущество должников. И наотрез отказываются хотя бы прокомментировать – как подобные ситуации становятся возможны?

Журналистам «Багнета», к сожалению, не удалось поговорить с нынешними жильцами «спорной» квартиры: их телефон то занят, то никто не снимает трубку. Личные визиты также не увенчались успехом… Но мы все же надеемся, что с женщинами удастся связаться и выслушать их точку зрения на разгоревшийся конфликт.

Конечно, по человечески жаль женщину и ее мать, лишившихся жилья из-за того, что она не смогла за три года выплатить взятый залоговый кредит. Но, с другой стороны, почему за то, что банк и заемщик так и не смогли найти общий язык, должен расплачиваться добросовестный покупатель арестованного за долги и выставленного на торги имущества? Который и не подозревал, что его желание жить с семьей не в «гостинке», а в собственной двухкомнатной квартире, приведет к тому, что они годами будут ютиться на съемном жилье, в то время как в их квартире будут жить посторонние люди.

Людмила САВЕЛОВА