Народный депутат Тарас Чорновил сожалеет о том, что Генеральная прокуратура не смогла к нему дозвониться и предупредить об эксгумации его отца. Об этом Тарас Чорновил заявил в комментарии журналистам.

По словам Чорновила, есть юридическая и моральная стороны события. «По юридической - никаких претензий пока что нет». В деле есть разрешение и Тараса Чорновила и его брата Андрея на эксгумацию.

«Но я, все-таки, настаивал на том, чтобы договориться о получении разрешения еще от двух людей. От жены моего отца Атены Пашко и его сестры Валентины. К сожалению, здесь этого не произошло, и возникла моральная проблема, в том числе, и для меня».

Тарас Чорновил рассказал, что он очень тяжело переживает случившееся, и признался, что вынужден принимать «кардиологические уколы».

Несмотря на то, что Генпрокуратура представила ему доказательства, что 1 июня звонила и не смогла дозвониться, Тарас Чорновил считает, что «не так сложно найти депутата». В то же время он признал, что отчасти виноват сам: «В этот день у меня было много звонков, был день рождения, я просто не все мог принять». По его словам, при эксгумации никто из родственников не присутствовал.

Однако, по словам Тараса Чорновила, «эксгумация - это только 5% дела, она мало что решает. 95% сведений – это допросы». В качестве тех, кого бы стоило допросить, Тарас Чорновил назвал народных депутатов Владимира Олийныка и Григория Омельченко, которые готовы дать показания о «кассете Марчука», а также Леонида Кучму, самого Евгения Марчука и других фигурантов дела.

«У меня есть скрытое подозрение, что есть политическая воля на раскрытие этого дела», -  сказал Тарас Чорновил.

Представитель Президента Украины в ВР Юрий Мирошниченко, комментируя факт эксгумации Вячеслава Чорновила, отметил, что «в деле о гибели фигуры такого масштаба, должны быть расставлены все точки над «і».

Ранее мы сообщали, как долго может продлиться экспертиза тела Вячеслава Чорновила.

Лилия Фоменко