Татьяне Яковлевой 57 лет. Она терпеть не может, когда ее называет по отчеству и представляется просто – Таня. Последний раз женщина выходила из дому осенью прошлого года. Дальше своего района – около семнадцати лет назад. В кино была – в восьмидесятых. Таня – инвалид детства, и она прикована к коляске. Три раза в неделю к ней приходит соцработница Оля, которая приносит продукты и убирает в квартире. Мир остался за окном, в трубке телефона и на экране телевизора.

Мы сидим с ней на маленькой кухне в однокомнатной квартире на Виноградаре. Всюду в вазочках цветы: гвоздики, хризантемы, тюльпаны. «То у меня в субботу День рожденья был, так приезжали мои… Они ж вспоминают меня по праздникам», - чуть грустно улыбается Таня, разливая нам чай. В квартире она живет сама – любимый муж Леонид умер в 2006 году, умер на ее глазах. С тех пор Таня коротает вечера в одиночестве: есть у нее сестра и двое племянников, но у них своя жизнь, заезжают редко. Есть подруга, тоже инвалид, поэтому с ней видеться вообще не удается – так, разве что по телефону поболтать. Есть еще соседка, которая иногда приготовит покушать. «Ой, на соседку мою Богу молиться нужно, такая она женщина добрая. Бывало ведь, что я пару дней на одной картошке сидела, а она приходила, готовила, продукты носила», - рассказывает моя собеседница.

Таня с рождения ходила на костылях. До пяти лет она вообще не говорила, поэтому в школу пошла очень поздно. Сначала ходила в обычную, иногда занималась дома, а потом попала в специализированный интернат. Но после восьмого класса учебу бросила – девушке было уже 19 лет. Дальше Таня засела дома, возле мамы. Ходить ставало все тяжелее.

В 34 года она поступила в швейное училище в городе Самбор Львовской области, но доучиться не смогла – сидеть на одном месте было тяжело, ноги страшно отекали и распухали. Таня вернулась в Киев, через пару лет пошла перестройка, создавалось городское общество инвалидов, в котором они с подругой были одними из главных активистов. «Мы устраивали встречи в кафе, общие собрания, знакомились с людьми. Я работала информатором по всему городу. Жизнь была, понимаете!», - вспоминает Таня.

На одном из таких собраний в 1993 году она познакомилась с мужем Леонидом. Он создал общество инвалидов в Шевченковском районе, а потом и в Подольском. «Моя мама страшно не хотела, чтобы мы женились и жили у нее. Поэтому мы переехали в общежитие «Полиграфкниги» и жили там четыре года. Вы представляете, как нам было? Я на костылях, ползаю по стенкам, он астматик… очень тяжело. Потом нам дали эту квартиру, но пожить в ней Леня толком не успел. Однажды мы поехали в Саки отдыхать, и там у него случился инфаркт. После этого муж слег, а я за ним ухаживала, кормила с ложечки. Мы такая пара была необычная – вроде два инвалида, люди искоса смотрели. Но друг за дружку так держались – здоровые завидовали. А потом как-то раз я вышла в туалет, поскользнулась, упала и сломала ногу. Поднять меня никто не мог, пока не пришла соседка, потому что муж был лежачий. Нога срослась неправильно, и ходить, даже на костылях, я больше не могла. А в скором времени на моих глазах скончался Леонид. С тех пор я больше никому не нужна», - рассказывает Таня.

У Татьяны – 1200 гривен пособия. Еще около 500 она получает, числясь работником на хлебобулочном комбинате. «Подруга моя устроила, - смеется женщина. – Но из-за этой «зарплаты» у меня нет никаких льгот на коммунальные услуги. Насобирать ни на что не получается, а лечь в больницу на обследование надо уже давно. В ЖЭКе говорят – у вас доход высокий, не положены вам субсидии. У чернобыльцев есть льготы, у участников войны есть, а мне – не положены».

С больницей – еще та проблема. В Киеве нет не то что медучреждения, а даже отделения для инвалидов-колясочников. «Вы представляете, как мне там лежать? Я ведь даже помыться не смогу», - сетует Таня.

На мой вопрос, как часто она выходит из дому, женщина кивает: «Бывает, что пару раз в год. Этой зимой еще не выходила». Я изумляюсь и предлагаю прогуляться. «Что вы, - отвечает Таня. – Во-первых, мы с вами на шестом этаже. Чтобы спуститься от лифта, нужно положить на ступеньки железные рельсы, а вы их не поднимете даже. Во-вторых, там очень холодно, а у меня до такой степени распухли ноги, что обувь я не могу одеть. Так что никуда мы не выйдем». Оказывается, за пределы своего района моя собеседница выезжала последний раз в 1993 году – к сестре на Троещину. О том, чтобы увидеть, как изменился центр Киева, и говорить не приходиться. «Несколько лет назад мне сестра мужа устроила праздник. Приехала на машине, с водителем, мы поехали мне за коляской новой, потом в кафе. Я до сих пор это храню как одно из самых счастливых воспоминаний», - делится Таня.

Из досуга у женщины – кроссворды и телевизор. Говорит, сериалы смотрит сутками. Пока был жив муж, интересовалась активно политикой. Теперь приелось, объясняет, что лучше на клоунов смотреть, чем на наших депутатов. У Тани есть маленькая мечта – иметь свой ноутбук и выход в Интернет. «Там ведь социальные сети, знакомства, - мечтательно рассказывает она. – А мне так не хватает общения…»

Провожая меня, Таня выезжает в коридор и грустно машет. Она опять осталась одна в четырех стенах. Говорит, завела бы кота, да соцработницу жалко…

В то же время «Багнет» уже писал, что страховой стаж для инвалидов может быть увеличен с 5 до 19 лет.

Оксана Гончар