Создание финансовой полиции в структуре Мининистерства доходов на сегодняшний день вызывает больше вопросов, чем дает четкий ответ о целях и задачах новой структуры. Об этом заявил председатель правления Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко на пресс-конференции в информационном агентстве ГолосUA.

«Идет речь об усилении налоговой милиции или просто о ее переименовании и некоторой организационной перестройке? Может быть, в наших условиях стоило создать независимую структуру, которая работала бы не на конкретное ведомство, а на общегосударственные интересы. Пока в этой истории много чересчур закрытой информации. Мы даже авторов этой инициативы не знаем», — отметил эксперт.

Он также подчеркнул: «Что касается международного опыта, он очень разный. Самый известный аналог — финансовая гвардия Италии. В административном плане она подчинена Министерству финансов, в оперативной работе — начальнику Генерального штаба Вооруженных сил Италии, в вопросах общеполитического значения напрямую подотчетна премьер-министру».

«В Германии значительные полномочия в области финансовых расследований имеет Федеральное ведомство уголовной полиции. В Швейцарии финансовой разведкой занимаются три структуры: спецотдел министерства финансов; финансовая полиция в составе Министерства внутренних дел; служба по борьбе с отмыванием денег, являющаяся автономным подразделением федеральной полиции», — заявил Фесенко.

«Если у нас вдруг поменяется власть, и поставит задачу радикальной борьбы с коррупцией, то почти наверняка для этого будет создано специальное Стокоррупционное ведомство с чрезвычайными финансовыми полномочиями. Вот такая политическая ирония с этой идеей», — отметил эксперт.