Сегодня, 2 ноября первый самолет Ил-76 Внутренних войск МВД России с грузом оружия на борту, прибывший из Оренбурга, приземлился в международном аэропорту Кабула. Этим «бортом» Россия начала безвозмездные поставки стрелкового оружия и боеприпасов для МВД Афганистана.

Данные поставки для нужд афганской полиции осуществляются в рамках достигнутых между Москвой и Кабулом двусторонних договоренностей. Оружие, по словам афганских правоохранителей, будет использоваться полицией для борьбы с преступностью, в первую очередь уголовной. Стоит также напомнить, что в настоящее время США и Россия обсуждают вопрос предоставления Афганистану более 20 российских военных вертолетов.

Интересно, что Россия, которая на дипломатическом уровне всячески критикует действия НАТО в Афганистане, на практике развернула в этой стране серьезную деятельность, прежде всего в экономической сфере. В Афганистане, например, в энергетической и коммуникационной сферах не менее 40% всех проектов реализовывают именно российские компании. Они же весьма активно участвуют в разработке перспективных афганских месторождений полезных ископаемых, - например, медной руды. Кроме того, в мае 2010 года Россия заявила, что готова приступить к осуществлению восстановления и реконструкции газодобывающих и газоперерабатывающих предприятий на севере Афганистана, перевала Саланг, ирригационных сооружений в Нангархаре, Кунаре, Гельменде и др., гидроэнергетических объектов Наглу и Суроби, а также малой энергетики, домостроительного комбината в Кабуле и цементных заводов.

Российский опыт работы с Афганистаном, очевидно, является показательным для Киева, - при том, что Украина, в отличие от активно работающей здесь России, принимает участие в операции НАТО в этой стране. То есть политические предпосылки для подобной деятельности созданы, казалось бы, еще более благоприятные. Однако на деле никакие украинские проекты в этой стране не зафиксированы, - ни в экономической сфере, ни по линии сотрудничества с афганскими властями.

Недавно вернувшийся из Афганистана полковник Александр Апполонов (провел в ISAF полтора года старшим украинской группы) в комментарии «Багнету» отметил, что, действительно, представляется весьма странным отсутствие в этой стране украинского бизнеса. По словам Александра Апполонова, даже при поверхностной оценке возможного участия украинских компаний в различных проектах ясно, что перспективных направлений хватает.

В качестве примера он приводит энергетические проекты. На сегодня проблема обеспечения электроэнергией является для Афганистана проблемой номер один, местное население использует в основном дизель-генераторы малой мощности китайского и корейского производства. При том, что существенная часть провинций страны находятся значительно выше уровня моря. А значит, здесь есть все условия для развития ветроэнергетики. В то же время в Украине, как известно, существует производство ветрогенераторов (мощности порядка 100 кВт, которые как раз и нужны Афганистану), как есть и большой опыт их использования – в частности, в Крыму.

Это – лишь один из примеров, с чем Украина может прийти в Афганистан. Понятно, что лоббировать интересы украинских производителей и частных компаний будут не украинские военные. В то же время, они свою роль сыграли и играют сегодня – создают условия как в плане формирования отношения к Украине среди местного населения (а украинский персонал, как известно, не принимает участия в боевых действиях и выполняет сугубо миротворческие функции), так и в плане участия в операции НАТО. Дело – за другими госструктурами, способными если не обеспечить, то хотя бы помочь украинскому бизнесу «войти» в Афганистан вслед за нашими военными.

Широким представляется и возможное сотрудничество с правительственными структурами Афганистана. На складах, базах хранения и арсеналах Минобороны Украины осталось огромное количество советского военного имущества, боеприпасов и стрелкового оружия (которое стоит на вооружении афганских сил безопасности и которое, собственно, и начала сейчас поставлять Кабулу Россия). Передать его афганцам для «завязывания дружбы» не представляется проблемой, - было бы политическое решение.

Между тем, размах работ по реконструкции Афганистана, заметим, впечатляет. Уже начало этой работы – а проводилась она в соответствии с такими документами, как Боннское Соглашение (декабрь 2001), Токийские договорённости (январь 2002), Берлинская декларация (апрель 2004), двусторонние соглашения Афганистана со странами-донорами и т.д. – было сопряжено с использованием колоссальных сумм стран-доноров. Например, сразу после подписания Боннского соглашения Всемирный Банк, Азиатский Банк Развития и Программа по Развитию ООН оценили размер необходимой помощи, включая гуманитарную, на десять лет, т.е. до 2012 года, в 14,5 млрд. долларов.

Однако к началу 2010 года все предварительные оценки необходимой помощи Афганистану восьмилетней давности оказались сущей мелочью по сравнению с реальными затратами. Всего объемы предоставленной Афганистану финансовой помощи 56 странами-донорами за период 2002-2009 гг составили 35,5 млрд. долл. США. Распределение средств осуществляется на данный момент по такой схеме: 75% всего объема помощи – на проекты и программы, разработанные и запущенные самими странами-донорами, под их контролем и с минимальным или вовсе без участия правительства Афганистана, остальная часть – через казначейство правительства Афганистана на цели исполнения национального бюджета, и лишь 2% – в распоряжение и на усмотрение правительства Афганистана.

В Кабуле считают, что такая схема не отвечает задачам восстановления и развития страны и должна быть пересмотрена с тем, чтобы донорской помощью распоряжалась афганская власть, на Западе же не соглашаются с этим требованием. Но, пока идет дискуссия о механизме распределения средств, уже ясно, что нынешние 35,5 млрд долл – лишь начало затрат, нужных Афганистану.

Дмитрий Тымчук