Сегодня вторжениями в другую страну уже никого не удивить. Ирак, Афганистан, Балканы… А тогда осенью, в далеком 1983-м мир вновь оказался на грани войны, когда сошлись интересы США и СССР с Кубой на небольшом острове Карибского бассейна с таким известным именем в советском обществе, как Гренада… Правда до открытого противостояния не дошло. Над Советским Союзом «дамокловым мечом» висел сбитый 1 сентября того 1983-го южнокорейский боинг.

Известная песня Михаила Светлова и Виктора Берковского стала хитом значительно позже событий в Испании в предвоенные годы, поскольку прозвучала она весной 1965-го. Она была столь любима в советском обществе, особенно среди студентов и молодежи, что стала участником практически всех патриотических концертов. Оказалась она востребованной в 1973-м, после хунты в Чили, но, наиболее активно проявилась ее сила в октябре 1983-го, когда в одноименной стране Карибского бассейна (правда не имеющей к ней отношения), произошел переворот, закончившийся американским военным вторжением.

До октября 1983 года немного людей на планете, исключая, конечно, самих жителей, знали о его существовании Гренады. Тоненькая полоска  островов, расположенных в Карибском море, мало кого могла заинтересовать даже из специалистов, оставаясь всего лишь колонией Великобритании, получившей в 1974-м независимость. Предыстория конфликта крохотного островного государства (54 километра в длину и 31 в ширину) такова, что  Гренада, после мирного смещения в 1979-м прежнего руководителя Эрика Меттью Гейри, стала интересна, сначала Кубе, ну и Советскому Союзу. Интересна она была, как своим географическим расположением, так и возможностью контролировать самое уязвимое для США место – «Карибское подбрюшье».

Тема Гренады осени 1983-го неразрывно связана с именами двух латиноамериканских лидеров – Фиделя Кастро и Мориса Бишопа.

Морис Бишоп стал премьером Гренады после «мирной революции» 1979-го, когда был смещен прежний проамериканский руководитель (находящийся, кстати, в момент свержения в США и там оставшийся), а страна выбрала путь тесного сотрудничества с Кубой и, соответственно, социалистическую направленность.

         Интересна в этом контексте личность гренадского руководителя, получившего после своей смерти политический титул «латиноамериканского Лумумбы».

         Морис Руперт Бишоп был в Гренаде «своим человеком». Следует отметить, что он имел высокую популярность среди населения, был великолепным оратором. Большинство его публичных выступлений сопровождались шутками, в том числе и в адрес его оппонентов. А благодаря своей внешности (высокий, статный и красивый, с ярко оточенной бородой) он нравился всему населению.

А курс на национализацию табачной промышленности и развитие собственной промышленности, с упором на советско-кубинскую помощь и ликвидацию статуса «банановой республики», мягко говоря, не понравился не только США, но и соседям по архипелагам Карибского бассейна.

Дальнейшая судьба Бишопа действительно очень напоминает судьбу африканского лидера Патриса Лумумбы - свергнут своим соратником, арестован, а затем с группой единомышленников, расстрелян.

20 октября Президент США Рейган заявил: «Гренаду надо спасать». Чтобы хоть как-то оправдать применение военной силы, он заявил, что в Гренаде сложилась ситуация, в которой «на карту поставлены жизни проживающих в этой стране тысячи американцев».          Но уже в мемуарах он честно признался: «Нельзя было позволить, чтобы призрак Вьетнама вечно витал над страной и препятствовал нам защищать законные интересы национальной безопасности. Я подозревал, что, если мы даже под строжайшим секретом сообщим о готовящийся акции лидерам конгресса, среди них всегда найдется человек, который сообщит о ней средствам массовой информации. Мы не стали ни у кого спрашивать разрешения, а поступили так, как считали нужным».

         Начиная с утра 21 октября, была развернута широкая пропагандистская кампания, в которой участвовали высокопоставленные лица военно-политического руководства США. Рейган задолго до агрессии неоднократно заявлял, что под видом международного аэропорта на Гренаде сооружается «стратегическая советско-кубинская военная база», которая несет угрозу безопасности США. При этом акцентировалось внимание на участии кубинских специалистов в строительстве аэродрома. Однако замалчивалось то обстоятельство, что там работали и гражданские специалисты из различных стран Европы, в.т. Восточной и Западной, Латинской Америки, Западной Африки, да и США.

Наступил день 21 октября, когда Президент США после обсуждения положения на Гренаде с ближайшими помощниками принял окончательное решение о вооруженном вторжении.

Время высадки было назначено на утро 25 октября. Это была не просто высадка «ограниченного контингента», это была самая настоящая военная операция с применением практически всей военной мощи США.

И все это против гренадской армии, насчитывающей, всего пять тысяч человек и вооруженной лишь стрелковым оружием и легкой техникой, и батальона кубинской армии из 800 человек. Но, даже с учетом внезапности нападения с воздуха (гренадские военные и кубинские добровольцы ждали именно морского десанта) потери от противодействия защитников превысили все предположения американских военно-политических кругов.

Только официальные данные, предоставленные 29 октября Пентагоном, гласили, что за время операции в Гренаде американский контингент потерял 18 военнослужащих убитыми и 116 ранеными, из которых трое скончались в госпитале. Также огнем с земли было сбито семь вертолетов, три из которых - огневой поддержки. Неофициальные источники в США говорят о 36 погибших и 227 раненых, что более всего вероятно, с учетом потерь авиации. Потерь среди вооруженного контингента карибских стран (общая численность 400 человек) вообще не было, поскольку в боевых действиях они участия не принимали.

А попавшие в плен кубинские строители, в одночасье превратившиеся в военнопленных (со всеми вытекающими из этого последствиями), вели себя за колючей проволокой и под стволами пулеметов, мужественно и стойко, как и подобало детям кубинской революции.

Именно поэтому после возвращения из плена (через Мексику) их на Родине встречали, как героев. И лично сам Фидель пожал руку каждому борцу за бои на «втором Острове Свободы».

Но даже сегодня, спустя четверть века, они остаются героями, как на Кубе, так и в самой Гренаде, где уже вспоминают лучшие годы гренадско-кубинской дружбы, да и самого Мориса Бишопа вспоминают «незлым тихим словом», как говаривал классик украинской культуры.

А о событиях в Гренаде, забывшихся очень быстро напоминал лишь советский танкер с именем Мориса Бишопа на борту. Помнит ли кто-нибудь сегодня о событиях осени 1983-го в далеких островах Карибского моря или лишь песня напоминает о том, что «Прощайте, родные! Прощайте, семья! Гренада, Гренада, Гренада моя…»

Сергей Смолянников