Эксперты «Центра политико-правовых реформ» проанализировали 57 законопроектов и девять уже действующих законов. Выбирали наиболее значимые в государственном масштабе законодательные инициативы, внесенные президентом, правительством и народными депутатами от разных фракций. Системные коррупционные риски выявили во всех проанализированных законах и в 82% проектов. Больше всего «коррупционных дыр» в нормативно-правовых актах, касающихся сфер правосудия, безопасности, государственных закупок и администрирования. Об этом в статье для «Зеркала недели. Украина» пишет Оксана Загакайло.

Эксперты называют несколько проблем, связанных с Стокоррупционной экспертизой.
«Первой и наибольшей проблемой является то, что уполномоченные государственные органы продолжают позитивно оценивать проекты законов, которые явно содержат коррупционные риски», — говорит директор по научному развитию ЦППР Николай Хавронюк.

Например, в проекте №1135-1 «О гражданском оружии и боеприпасах» (авторы — народные депутаты А.Ильенко, В.Амельченко и др.) выявлено целых 42 коррупционных риска. Это больше всего из проанализированных общественными экспертами документов.

«Такое количество может свидетельствовать о намеренном закладывании лазеек для использования их в будущем», — предполагает исполнитель экспертизы Дмитрий Калмыков.

Вторая проблема заключается в том, что выводы общественной Стокоррупционной экспертизы не публикуются ни на веб-сайтах Комитета по вопросам предотвращения и противодействия коррупции и Минюста, ни на страницах соответствующих законопроектов веб-сайта Верховной Рады Украины. И это дает власти возможность игнорировать их.
Третья проблема, по мнению Николая Хавронюка, заключается в том, что наличие коррупциогенных факторов часто является следствием неосведомленности авторов проектов, невысокого уровня их правовой культуры, неумения правильно использовать законодательную технику.

В проанализированных экспертами законах и законопроектах было выявлено в целом почти четыре сотни коррупциогенных факторов.

«Много это или мало? Очень много. Каждая из лазеек — это возможность совершить коррупционное правонарушение, не выходя за рамки закона», — комментирует Дмитрий Калмыков.

Больше всего возможностей для коррупции связано с такими коррупциогенными факторами, как коллизии и изъяны законодательной техники; неправильное определение функций, полномочий (обязанностей) и ответственности должностных и служебных лиц; пробелы в регулировании правовых норм. Семь нормативно-правовых актов содержали такой коррупциогенный фактор, как «неправдивые цели принятия законопроекта». Еще один коррупциогенный фактор — предоставление широких и нечетких полномочий, что может привести к злоупотреблениям.