В последнее время Никите Михалкову не фартит. Как только народ закончил обсуждать благодатную тему о том, как кинорежиссер выгнал из дому дочь, не разделив ее любви к молодому режиссеру Резо Гигинейшвили, на седины Михалкова свалился новый скандал – развод с женой Татьяной. Однако, ни одни семейные разборки, ни один желтый заголовок, ни одна гневная тирада в его адрес не подкосила мэтра российского кино так, как провал «Утомленные солнцем: Предстояние». И в этом даже не приходится сомневаться. С первой же минуты своего творческого вечера под названием «Рассказы о культуре», который прошел в столице вчера, 21 февраля, простуженный и замотанный в широкий шарф Никита Михалков принялся доказывать как его не поняли, и что именно он хотел показать. Как сегодняшний зритель не хочет работать,  анализировать, и видеть своей реальной истории.

«Да, у нас были неточности, но в этой картине нет ничего того, чего не было в реальности, – вдруг признался Михалков на пятнадцатой минуте своего монолога. – Да, не мог быть лагерь с 58-й статьей так близко к Западной границе. Да, штрафбаты появились в 42 году, а не в 41-м, как это у нас, но мы это делали, потому что это художественное произведение, мы на это пошли ради художественной правды…».

 В Киеве Михаил Сергеевич простудился, отменил пресс-конференцию и, выйдя на сцену, где уже стояли чайник и обогреватели, признался, что боится совсем расклеиться

Чем больше Никита Сергеевич говорил, чем отчетливее возникало ощущение, что Михалков не сколько оправдывается, сколько пытается себя выгородить. Мол, я годами в архивах сидел, истории по крупицам собирал, доказать вам ваше счастье сегодняшнее безвоенное хотел, а вы, дураки, не поняли. Не захотели осознать всей уникальности и зашифрованности «Предстояния». Забросали гневными рецензиями, обвинили в многомиллионных растратах. Говорил без запинки, в полной тишине. О немецкой форме и неподготовленных к войне советских мальчишках, о дырявых ложках и бочках, которые сыпались на их головы с вражеских самолетов, унижая и пугая. О Москве, как столице Рублевки, и олигархах, которые не думают ни о чем, кроме денег. Вобщем, обо всем подряд.

Немного выговорившись и дав наконец-то добро на вопросы из зала, Никита Сергеевич тут же прочитал в записке: «Почему после провала «Предстояния» опять везете фильм в Канны?». Ухмыльнулся, снял резким движением очки.

«Во-первых, я его не везу, а во-вторых, что значит провала? – возмутился режиссер. - Вот мне нравится, провал. Это вы в Интернете читали? Вы знаете, с появлением Интернета уменьшилось количество надписей на заборах. В Каннах мы двадцать минут не могли выйти из зала, потому что нас не выпускали люди, которые стоя аплодировали!». 

К слову, Интернет для Никиты Сергеевича тема наболевшая. Особенно та его часть, которая гордо зовется блогосферой, а именно Живой Журнал. Даже это новое и все еще незнакомое для обычного обывателя слово «блоггер» Михалков произносит так, словно выплевывает что-то несъедобное. И есть за что. Именно в ЖЖ «Предстояние» разорвали в клочья, обвинив лауреата кинопремии «Оскар» во всех смертных грехах. В жульничестве, дилетантстве, пафосе и, конечно же, самолюбовании. Шутка о том, что из киношедевра «отовсюду торчат усы» молниеносно ушла в народ, и вспоминалась при каждом удобном случае. До хрипа, до посинения своих аватарок, ЖЖ-пользователи обсуждали многомиллионный бюджет фильма и его ничтожные сборы, обменивались фотографиями полупустых кинозалов и радовались неудаче Михалкова, как своему собственному счастью. А как только эта тема стала неактуальной, злобные блоггеры с такой же радостью подхватили другую: в министерстве обороны принято решение лишить автомобиль Никиты Сергеевича спецсигналов, в частности, проблескового маячка (мигалки). «Урра!» - хором завопили ЖЖ-юзеры. «Ну, отобрали, и что? – Вновь снимая очки, осведомился у киевского зрителя режиссер. – Я когда читаю Интернет, мне кажется, что у России одна проблема: это моя мигалка. Все, больше проблем нет!»

Непонимание зрителя его новой картины «Утомленные солнцем 2: Предстояние» Никита Сергеевич переживает очень болезненно, но не теряет надежды, что «Цитадель» будет гораздо успешнее

В какой-то момент, устав от рассказов о культуре и оправданий за «Предстояние», киевляне начали заваливать Михалкова провокационными вопросами: «Кому бы вы хотели дать в морду?», «В каком возрасте вы перестали влюбляться в женщин?», «Какие у вас отношения с Путиным?»… От последнего Никита Сергеевич увернулся: «Пусть меня осудят: но никогда ни в прессе, ни в Интернете не мочат того, кто ничего не стоит», и тут же предложил посмотреть фрагмент следующей части «Утомленных солнцем» - «Цитадель», премьера которой запланирована на этот год.

Фрагмент длинный, минут на сорок. После него народ аплодировал как-то устало и задавал еще более глупые вопросы. Например, «Если сварить суп из русалки, он будет рыбным или мясным?» Получив такую записку, Никита Сергеевич немного помолчал, явно обуреваемый желанием стереть клочок бумаги в порошок, а потом выдал короткое и острое: «Судя по всему, этот вопрос писала женщина. Поэтому она сама должна решить кто она: рыба или мясо»

Потом ему пришлось как можно более осторожно рассказывать о том, что решение его дочери Нади выйти замуж за режиссера Гигинейшвили не является причиной для того, что бы выгнать ее из дома, мол, враки это все, и еще более тщательно подбирать слова для ответа на вопрос: «Не хотите ли вы стать президентом?», с каждой минутой провожать спины пробирающихся к выходу зрителей, и в очередной раз доказывать всем, и себе в том числе, что его просто так не сломать. Ни гневными рецензиями, ни обидными комментариями.

«Те, кто меня бьет – мои маяки, - произнес на прощание Никита Михалков. - Дай им Бог здоровья. Пока эти люди и за это меня бьют, это означает, что я иду правильной дорогой».  

Марина Алексеева

Фото автора