10:54 / 27.04.2017 Общество

Шоу "донецкого правосудия": судебная система прячет аферистов в мантиях

Судьи и прокуроры продолжают грязный спектакль, начатый по заказу рейдеров из партии Регионов

Picture

Тот, кто всерьез имел дело с отечественной Фемидой, убеждается раз и навсегда: декларативные «реформы правосудия» не могут сломать бастионы судейско-прокурорской братии. С одной стороны, в реформах власти хронически сквозит желание строить не «справедливое», а ручное правосудие. С другой – система выстраивались четверть века на клановых принципах круговой поруки и «сквозных» отношений. Куда ни кинь, – кумовья, сватья, братья. Повязанные общими «мутными» делами.

Как сообщает "ПиК", в числе этих «дел» – обслуживание запредельных аппетитов «донецкой элиты» в период правления ПР. Без участия в рейдерских процессах судебно-прокурорской прослойки, «регионалам» не удалось бы за короткое время оседлать здоровенный шмат украинской экономики.

Каждое из таких дел – трагедия для тех, кого успела располовинить пила «донецкого правосудия».

Но среди многих есть одно, уникальное по уровню цинизма. Единственный в истории украинского (и, вероятно, мирового) правосудия случай, когда следствие, суд и приговор были фейковыми. Система устроила театральную постановку, в которой следователи, прокуроры и судьи просто играли свои роли, но «подсудимые» в этом театре абсурда были (и остаются!) настоящими.

Начало космической эпопеи

Сейчас уже никто точно не скажет, кому именно из «влиятельных» регионалов понравился небольшой заводик в Днепродзержинске (ныне Каменском). Предприятие, которое с  нуля поднимали его создатели – молодое семейство Кудиных из Шостки – выпускало элементарный скотч. Шосткинский бизнес тогда активно «осваивал» один из партнеров местного нардепа-регионала с символической фамилией Молоток. С прозрачным предложением отдать «чего есть», люди Молотка бомбили местных предпринимателей «ручной» налоговой по всей географии их бизнеса. И Андрей Кудин в один трагический день с удивлением узнал о том, что Переяслав-Хмельницкая налоговая (по месту регистрации предприятия) обвиняет его в неуплате налогов на 100 миллионов гривен.

Но хозяин «вкусного» заводика намека не понял.

«Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому»

15 февраля 2011 года отважный старший следователь бориспольской городской налоговой милиции капитан Явон, завел уголовное дело с довольно универсальной формулировкой «по факту организации неустановленными следствием лицами фиктивного предприятия с целью прикрытия незаконной деятельности…»

Под «неустановленным лицом» подразумевался Андрей Кудин, который, к разочарованию рейдеров, был депутатом Переяслав-Хмельницкого городского Совета. А юрисдикции налогового следователя для того, чтобы его «достать», по закону недостаточно. Поиски нужной фигуры затянулись, но в конце-концов удача улыбнулась рейдерам в лице прокурора киевской области Витязя. В мае 2012 года он возбудил против Кудина уголовное дело. Но, видимо, узрев торчащие из просьбы «товарищей по партии» уши фальсификата, прокурор не внес факт возбуждения дела в свой отчет за первое полугодие 2012 года. То есть вышло так, что «дело» возникло из космоса. Позже в ходе судебного заседания следователь не смог вспомнить, откуда вообще у него взялись материалы дела, заявив, что ему их «кто-то дал в коридоре прокуратуры».

В принципе этот поступок Витязя является должностным преступлением, но на такую тонкость областной прокурор откровенно облокотился. По причине вполне банальной: Витязь был женат на племяннице донецкого Генпрокурора Украины Виктора Пшонки.

Цирк приехал

Получив, наконец, вожделенное уголовное дело, любители чужого скотча сделали хозяину завода «благородное» предложение. Кудину в обмен на закрытие эфемерного «уголовного дела» милостиво оставляли 33 процента, требуя остальное переписать на «партнеров».

После отказа у него дома случился неожиданный обыск, а следователь Явон возжелал взять Кудина под стражу. Заместитель прокурора Витязя по фамилии Клюге  это ходатайство быстренько утвердил и, заручившись постановлением Соломенского суда,  хозяина фабрики, что называется, «закрыли».

Причина стала понятна буквально на следующий день: на завод Кудина явились люди, в специфической манере заявившие о том, что являются «новыми владельцами» предприятия.

После физического захвата завода меру пресечения тут же изменили на залог, а дело передали в Бориспольский межрайонный суд. Из Кудиных оставалось выжать согласие на юридическое переоформление все еще их семейного бизнеса. Атмосфера суда должна была содействовать этому «акту дарения».

Председатель суда Вознюк, хоть, как говорится, и не пальцем был деланый, но на племяннице Пшонки жениться не удосужился, а потому, ознакомившись с папкой № 05-8298 , зарегистрированной в судебной канцелярии под № 1005/8761/2012, малость вспотел. Дело не было внесено в автоматизированную систему документооборота суда. Фактически Вознюку предлагалось продолжить начатое театральное представление, сымитировав судебное разбирательство. Дело откровенно пахло керосином, но… Глава Бориспольского суда был племянником тогдашнего замглавы юридического департамента азаровского кабмина Вознюка – бывшего заместителя главы Конституционного суда, который успел потрудиться постпредом правительства в КС, приложив руку к наделению Януковича «царскими» полномочиями в 2010 году.

…А поэтому, понимая, что запустить безномерную туфту в автоматическую систему распределения дел физически невозможно, Вознюк… расписал дело вручную! Спектакль – так спектакль.

Как делать карьеру безродному судье

Персонаж, которому глава суда своей резолюцией доверил писать следующие главы фантастического романа под названием «Дело Кудиных», известен как судья Чирка. Который был выбран, вероятно, по причине слабоватой родословной. Хоть и родом из Донецка (что означало плюс к карме в 2012-ом году), но связей с отпрысками пшонкиной фамилии, равно как и высокопоставленных «дядь» у этого молодого служителя Фемиды не прослеживается. С другой стороны, от выполнения поручений столь пикантного рода, в то лихое время во многом зависела судейская карьера. Которую Чирка надеялся стимулировать, оправдав «высокое доверие» породистого господина Вознюка.

Проблема Чирки состояла в том, что «подсудимых» невозможно было вызвать в суд повесткой. Дела-то как такового не существовало, и любая лишняя бумажка в этом случае была равносильна явке судьи с повинной об участии в имитации судебного преследования с целью присвоения чужого бизнеса. Поэтому Чирка пытался зазвать «подсудимых» в суд с помощью донецкой распальцовки – по телефону.

Кудин, у которого, как назло, оказалось юридическое образование, таких манер не понимал и требовал повестки. О чем посылал в суд соответствующие ходатайства. У Чирки от такой наглости натурально выносило мозг – запросы Кудина он, видимо, съедал, понимая, что они выдают с головой призрачность «уголовного дела». Во всяком случае, в деле этих ходатайств потом отыскать так и не удалось – «потерялись».

Этот заочный диалог рушил процессуальные сроки, и председатель суда стал намекать Чирке на туманность его карьерных перспектив.  Последний напряг серое вещество и решился на крайнюю меру. Вскоре некий оперуполномоченный Сахно написал рапорт о том, что по поручению прокурора Маркицкого побывал по адресу, указанному как место регистрации семейства Кудиных. И отрапортовал, что указанного строения… не существует. Неизвестно, что пил накануне этот Сахно, но на самом деле дом, которым официально владеют Кудины, как стоял в то время, так и стоит поныне на положенном ему месте. Возможно, временная потеря зрения оперуполномоченного была обусловлена магическим влиянием прокурора Маркицкого, который в этой театральной постановке представлял гособвинение и имел подходящее происхождение – из донецкой Горловки. (Надо сказать, что две трети судейско-прокурорской камарильи, задействованные в судебной афере ради отжима скотчевого заводика, имели донецкие корни).

Исполненный топографического идиотизма рапорт дал Чирке повод вынести постановление об изменении меры пресечения в виде содержания под стражей и принудительной доставке Кудиных в суд.

Период неадекватности

То, что произошло потом, является безусловным материалом не для юридической науки, а для психиатрии. Утром на пороге «несуществующего» дома, Кудиных, которые собираются вести в детсад и школу двоих детей, «вяжет» наряд милиции. И вместе с детьми (!) трех и девяти лет доставляет на место спектакля в Бориспольский межрайонный суд. Где окончательно потерявшийся между реальностью и миром собственных фантазий судья Чирка готовится «вершить правосудие».

О том, что присутствие детей в заседании  – вопиющее нарушение всех норм правосудия и здравого смысла, Чирка не думает. Он уже вообще не думает. Потому что Кудин просит… назвать номер дела, по которому его с женой и детьми доставили в суд под конвоем. А Чирка знает, что номера нет, а тот, который написан на папочке – липовый… И, сорвавшись, приказывает конвоирам «заткнуть подсудимому рот». Которые на глазах у детей начинают усердно «утихомиривать» их отца. Дети в шоке. Прокурор Маркицкий взирает равнодушно. В родной Горловке, видать, и не на такое доводилось любоваться…

«Заседание» закончилось в полном соответствии с душевным состоянием судьи – Чирка постановил отправить обоих Кудиных в Киевский следственный изолятор №13, а их малолетних детей – в органы опеки!

Тут уже даже донецкая Фемида прозрела… Детей забрала бабушка, а Кудиных быстро отпустили. При несуществующем деле, держать «заложников», да еще и в столичном СИЗО – это был явный перебор. Даже для того бурного времени… Заместитель главы Апелляционного суда Киевской области  Игнатюк направил Чирке письмо с просьбой придерживаться закона, и переусердствовавший представитель донецкого правосудия сменил арест  на поручительство.

Дальше по ходу «пьесы» судья так и не вышел из периода неадекватности. Нужно было как-то избавляться от этого бремени. В конце-концов Чирка написал дикий приговор на 24-х страницах, приплетя обвинение в преступлении, которого нет в УК: «Создание видимости проведения операций по поводу купли-продажи товарно-материальных ценностей путем их документального оформления между субъектами хозяйствования» (стр. 3 приговора). Судья навесил на Кудиных по 100 миллионов штрафа и, захлопнув папку, видимо, в тот вечер напился… Здоровый человек поступил бы именно таким образом. Хотя… Здоровый не ввязался бы в этот абсурд.

«Новая жизнь» несуществующего дела

…В конце 2015-го года апелляционный суд отменил приговор как незаконный. И отправил «дело» на новое рассмотрение. Но! Признав приговор Чирки абсурдным, судьи апелляции тихо «опустили» тот факт, что «дело Кудиных» нигде не зарегистрировано.

Почему? Все просто: когда дело вернулось из апелляции в Бориспольский межрайонный суд, его ВПЕРВЫЕ зарегистрировали! То есть – легализовали. Присвоив абсолютно другой номер! Интересно, сколько в судейской среде стоит такого рода подарок коллегам? Это останется тайной, ибо вся коллегия судей апелляции, рассматривавшая это дело, через короткое время тихо свалила на покой – кто на пенсию, кто – в отставку за «нарушение присяги»…

Глава бориспольского суда Вознюк ныне не в лучшей форме – он фигурант уголовного дела Лозинского. У судьи Чирки закончился срок полномочий. В суде он числится, но «правосудия не осуществляет» (что для правосудия, безусловно, хорошо). То есть дела у них как бы не очень… И пора бы ответить за «спектакль». Но Система оберегает своих уродливых детей.

«Новое» дело Кудиных получил судья Гончаров. По странному алгоритму работы автоматизированной системы распределения дел, Кудины снова попали в нежные руки представителя донецкого края. Гончаров переехал в Бровары прямиком из Луганска. Есть странность и в том, что это дело Гончаров не брал в работу до тех пор, пока глава суда Вознюк не «пробил» ему получение квартиры.

Сегодня этот процесс просто затягивают в болото обмена бумажками внутри судебной системы, превращая в бесконечную мыльную оперу. Государственная судебная администрация на запросы Кудина о «реальности» его дела, присылает просто рвущие все стандарты ответы. О том, что секретарь суда якобы допустил ошибку при регистрации, и что номер на деле от 12-го года – это номер от 15-го, просто он по-другому выглядит… И уже совсем за гранью – «Бориспольский межрайонный суд проводит консультации с госпредприятием «Информационные судебные системы»… О том, как выкрутиться из этой неприятности.

Одновременно на Кудина откровенно давят, показывая, что лучше бы ему не педалировать такой эфемерный процесс, как восстановление справедливости. Как только Государственная судебная Администрация выдавила из себя глубокую мысль о том, что если несуществующее дело 05-8298 через два года зарегистрировать с другим номером под соусом  досадной «ошибки», то оно станет настоящим, – начались дивные процессы в Шостке. Где месяц назад полиция по указанию исполнительной службы изъяла автомобиль Кудина. При том, что еще в начале всего этого спектакля на авто был наложен арест все тем же отважным следователем Явоном…

Молчание «ягнят»

Обращения Кудина в Высший совет правосудия и Совет судей Украины тщательно игнорируются – сроки, предусмотренные законом для соответствующего реагирования или хотя бы дежурной отписки давно минули.

Молчание этих «органов» красноречиво.

Круговая порука не позволяет признать, что представители прокурорско-судейской популяции дошли до полного правового маразма, устроив по заказу «регионовских» рейдеров дикое манипулятивное шоу.

Признание этого факта грозит его режиссерам и исполнителям в муднирах и мантиях потерей профессии, а то и свободы. А этого Система, корчащаяся от фантомных болей «донецкого правосудия», позволить себе не может.

Мы впервые сталкиваемся с феноменом следственно-судебной аферы – адвокат

Защитник Кудиных – адвокат Андрей Денисенко – признает, что имитация судебного процесса – явление уникальное не только по своей сути, а и тем, что работники следственных органов, прокуратуры и системы правосудия совершили просто шокирующее количество уголовно наказуемых правонарушений.

– Тут необходимо определиться категорично, – говорит Денисенко. – Если дело никоим образом не было надлежащим законным образом формализ овано, то ВСЕ действия должностных лиц в рамках этого несуществующего процесса, были противозаконными. А это означает, что против Кудиных, которые в этой истории являются априори не «подсудимыми», а пострадавшими, годами совершались тяжкие преступления! Даже элементарный правовой анализ дает просто ужасающую картину беспредела, настоящей расправы над людьми. Поэтому главный вопрос – привлечение к ответственности тех, кто спрятавшись под мундир прокурора и судейскую неприкосновенность, занимался похищениями, пытками, шантажом.

Формирование фейкового дела процессуально началось с изготовления незаконного постановления о возбуждении уголовного дела в 2012 году прокурором Витязем. Выполняя такие действия, сознательно понимая их последствия, Витязь совершил преступления, предусмотренные ст. Ст. 372 УК Украины и  ст.376-1  УК Украины. А именно – привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, плюс – то же деяние, соединенное с обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а также соединенное с искусственным созданием доказательств обвинения или другой фальсификацией. То есть только Витязь «наработал себе от 5 до 10 лет тюрьмы!

Отдельная «песня» – сознательное невнесение дела в систему судебного документооборота. Тут «пахнет» Статьей 376(1), а именно «умышленное внесение неправдивых сведений или несвоевременное внесение сведений в автоматизированную систему документооборота суда, несанкционированные действия с информацией, содержащейся в автоматизированной системе документооборота суда»… А в нашем случае это деяние было совершено по предварительному сговору! Тут председателю суда – широчайшее поле для грустных размышлений…

Действия судьи Чирки и прокурора Маркицкого вообще отдают откровенной уголовщиной. Незаконно взяв под стражу Кудиных, они совершили преступления,  предусмотренные ст. 146 УК Украины. Это незаконное лишение свободы или похищение человека; те же деяния, совершенные в отношении малолетнего (они же детей 3 и 9 лет приволокли в суд!!!), в отношении двух или более лиц по предварительному сговору группой лиц, или способом, опасным для жизни или здоровья потерпевшего, или такое, которое сопровождалось причинением ему физических страданий…  Плюс Статья 371 – Заведомо незаконные задержание, привод или арест.

Кроме того Чирка совершил преступление, предусмотренное ст. 375 УК Украины – Постановление заведомо неправосудного приговора, решения, определения или постановления, повлекшие тяжкие последствия или совершенные из корыстных побуждений либо в иных личных интересах.

А по сути – Чирка, кроме прочего, совершил преступления предусмотренные Ст.  127. УК Украины – пытки и Ст. 147 – захват заложников…

Вот если мы сложим все это воедино, то становится понятной позиция судебной системы, которая запустила это дело по «большому кругу». Ведь в фейковом деле не может быть логического финала. Ни оправдательного, ни обвинительного приговора. Там вообще не может быть приговора. А может быть только страх признания того факта, что группой должностных лиц судебной и правоохранительной систем был по сговору совершен ряд тяжких преступлений против личности.

Игорь ЮРЧЕНКО