08:08 / 26.11.2014 Расследования

Не будь на то господня воля – отдали б все равно

Вы бы тоже удивились, если б узнали, что во Франции с помпой празднуют день сражения под Ватерлоо, а, скажем, немцы вне себя от радости в годовщину Курской битвы.

Picture

Отечественная война 1812 года. Что при этих словах возникают за образы в голове среднестатистического человека, получившего образование в советской школе? Наверняка это: стихотворение Лермонтова «Бородино»; победоносная для русской армии Бородинская битва; сожженная французами, но непокоренная Москва; замерзающие глупые французы в бабьих платках на голове; удалой Денис Давыдов с лихими гусарами и казаками, берущий в плен толпы замерзающих французов и прочее…

Российская, а затем и советская историческая наука очень постаралась, чтобы у обывателя сложилась именно такая картина этой войны. Если вкратце, то выходит так. Зарвавшийся империалист Наполеон, покоривший беспомощную Европу, вероломно напал на вполне миролюбивую Российскую империю. Русская армия долгим отступлением заманила французов на Бородинское поле и там, под командованием мудрого Кутузова, нанесла им смертельный удар. Затем, сдав французам Москву, Кутузов подождал, пока беснующиеся французские мародеры ее сожгут и вынуждены будут начать отступление. И как только французы начали отступать – тут-то все и началось – и русская зима, и партизаны с Давыдовым, и русская армия, которой стужа нипочем и, наконец, «дубина народной войны», беспощадно гвоздившая ненавистного врага. В итоге, Наполеон, усеяв российские просторы костьми «Великой армии», бежал во Францию, а победоносная русская армия, в который раз избавив неблагодарную Европу от гнета и порабощения, двинулась в освободительный поход.


Ну а как же все было на самом деле? Какой предстанет перед нами война 1812 года, если посмотреть на нее без праведного патриотического пыла, без перекрученных фактов и цифр? Попробуем взглянуть на нее именно так.


Первый конфликт с революционной Францией у Российской империи вышел еще при Павле I в 1799 году. Тогда эксцентричный монарх решил присоединиться к антифранцузской коалиции, участники которой пытались как-то унять разошедшуюся революционную армию и восстановить существующий порядок в Европе. Павел поставил во главе армии Суворова, который вместе с австрийцами одержал ряд побед над французами в Северной Италии, а затем отправился в Швейцарию на соединение с русским корпусом Римского-Корсакова. Однако, прибыв туда, Суворов обнаружил, что корпус разбит французами, превосходящие силы которых угрожали теперь его чудо-богатырям (так чудаковатый полководец частенько называл своих солдат). Русская армия, конечно же, нанесла французам поражение, но, тем не менее, вынуждена была отступать через труднопроходимые горные перевалы, бросив артиллерию и тяжелораненых. Одним словом, концовка получилась смазанная. В довершение ко всему, Павел, вдруг, решил, что он не хочет более воевать с Францией и даже вознамерился вступить с ней в союз. Такие резкие повороты в политике всегда были чреваты неприятностями, и Павел I был задушен гвардейским шарфом.


Таким образом, в 1801 году на трон Российской империи взошел Александр I, который пообещал дворянам, что «все будет как при бабушке» (Екатерине II), то есть никаких нововведений во внешней и внутренней политике. И он сдержал слово (еще бы, учитывая участь батюшки), в 1805 году Россия присоединяется к антинаполеоновской коалиции – третьей по счету. Суворов к тому времени умер, но чудо-богатыри были в полном распоряжении молодого императора, командовать ими был поставлен Кутузов. Русско-австрийская армия сошлась с французской, теперь уже императорской армией под Аустерлицем. Несмотря на численное превосходство, русские с австрийцами потерпели сокрушительное поражение, храбрецы-кавалергарды были изрублены французскими кавалеристами, а Александру пришлось спасться бегством. В общем, полный конфуз.


Оправившись от столь неутешительного военного дебюта, Александр в 1806 году вступил в следующую (четвертую) антифранцузскую коалицию и снова отправил армию воевать с Наполеоном. Теперь главным союзником России была Пруссия, обе армии которой французы вдребезги разбили в один день. Русская армия отступает и, после долгой кампании, терпит поражение в 1807 году при Фридланде. Александр вынужден заключить с Наполеоном мир, согласиться на создание герцогства Варшавского и присоединиться к континентальной блокаде Великобритании – тотальному запрету на торговлю с этой страной. По результатам договора Россия получила утешительные призы: Наполеон не возражал, чтобы Александр отобрал у Швеции Финляндию и пообещал не поддерживать Турцию, с которой воевала Россия. Но, несмотря на это, российское дворянство во главе с императором пребывало в удрученном состоянии духа. Еще бы, континентальная блокада самым скверным образом отражалась на дворянских кошельках, захолустная Финляндия лишь напоминала о том, что пришлось отдать Молдавию и Валахию, да и вообще, не к лицу чудо-богатырям так беспардонно получать на орехи. Всем было ясно, что новой войны не избежать.


Начиная с 1810 года, Россия, по большому счету, прерывает континентальную блокаду, торгуя с Англией через посредников, тем самым нарушая Тильзитский договор. Это и прочие противоречия приводят к тому, что в 1812 году Наполеон решается на поход в Россию. Вопреки версии советских учебников о вероломном нападении французов, война была объявлена 10 июня послом Франции Ланжероном в Санкт-Петербурге, тогда как вторжение началось 12 июня. Учитывая тот факт, что за последние тринадцать лет Российская империя 3 раза объявляла войну Франции, без видимых на то причин, говорить об агрессивной Франции и миролюбивой России, по крайней мере, нелогично.


Так и вышло, что Наполеон, во главе Великой армии, вторгся на территорию Российской империи и начал наступление с конечным пунктом в городе Москва. Русская армия перед превосходящими силами противника принялась отступать, стараясь сжигать склады и посевы по пути, дабы ничего не досталось врагу. Вообще, в стратегическом плане у русской армии всегда были преимущества перед армиями европейскими – отступать по бескрайним просторам родины можно практически бесконечно, а богобоязненный народ сожжению своего урожая, а иногда и жилища только радовался, чего там, гори оно все огнем, лишь бы государь доволен был. Так русская армия и отступала, давая, периодически, французам арьергардные сражения разной степени накала, пока не вырисовалась следующая ситуация – французы, не смутившись горящими хлебами и селениями, продолжали наступать, заняли Вильно (Вильнюс), Минск, Смоленск и всерьез собирались взять первопрестольную. Нужно было что-то менять.


По традиции, во всем обвинили немцев, мол, если бы армией командовал чистый русак, тот давно бы дал супостату смертный бой. Командующий 1-ой армией Барклай де Толли был смещен (хоть он и был не немец, а шотландец) и подвергнут всенародной травле. Главнокомандующим был назначен семидесятилетний князь Голенищев-Кутузов – русский, мудрый, к тому же ученик Суворова. Приняв командование армией, престарелый князь… продолжил отступление, понимая, что в открытом сражении с французской армией под командованием Наполеона шансов победить у него мало. Но, так как Кутузов был не только дельным полководцем, но и опытным придворным, он понимал, что сдав французам Москву без боя, он поставит крест на своей карьере. Посему, была выбрана позиция в окрестностях Можайска и принято решение о генеральном сражении, а в центре расположения русских войск оказалась деревушка под названием Бородино.


Мы не будем здесь останавливаться на всех подробностях этого сражения, для этого понадобится отдельная статья, скажем только, что Бородинская битва была одним из самых масштабных вооруженных столкновений той эпохи. Наполеон располагал 135 тысячами войск, Кутузов 125 тысячами, противники палили друг в друга более чем из тысячи орудий. Сражение было очень упорным и кровопролитным, российские войска проявили огромное мужество, однако на них наступала первоклассная армия своего времени под командованием гениального полководца. Левый фланг армии Кутузова был разбит и рассеян, ключевая позиция в центре (батарея Раевского) после упорной борьбы также была захвачена французами. Однако, оставшиеся русские полки, сохраняли порядок и не отступали, несмотря на страшное опустошение, которое производила в их рядах французская артиллерия. К вечеру огонь стих и французы вернулись на свои позиции, так как ночевать в груде трупов и ввиду армии противника им не хотелось. Обе армии понесли серьезные потери: Великая армия лишилась около тридцати тысяч солдат, русские – около сорока, поздно ночью Кутузов приказал продолжить отступление и через неделю Наполеон без боя занял Москву. Французы тогда посчитали, что одержали при Бородино очередную победу, и такого же мнения придерживалось, между прочим, большинство офицеров русской армии. Ведь, по сути, французская армия принудила русскую к отступлению, причем последняя потеряла больше людей, а в результате противник достиг основной цели своей кампании – занял второй по важности и населению город в стране. Правда, Кутузов придерживался другой версии, и в своем донесении императору Александру он сообщил, что русская армия одержала при Бородине убедительную победу. Мотивы старого царедворца понятны, он делал хорошую мину при плохой игре, стараясь приукрасить реальное положение дел, непонятно другое - почему его трактовку событий со временем взяли на вооружение российские, а затем (и в большей степени) советские историки. Да, российская армия проиграла Бородинское сражение, но это вовсе не умаляет ее подвига, ведь и в поражении можно снискать честь и славу. Но, очевидно, что историческая правда очень плохо уживается с ура-патриотизмом и Россия все с большими торжествами отмечает день Бородина, к вящему удивлению всего остального мира и, в частности, французов. Согласитесь, вы бы тоже удивились, если б узнали, что во Франции с помпой празднуют день сражения под Ватерлоо, а, скажем, немцы вне себя от радости в годовщину Курской битвы.


Но вернемся в 1812 год. Итак, Наполеон занял Москву, русская армия продолжала отступать, но французы ее уже не преследовали. Рассудив, что раз он победил армию противника и занял второй по важности город, Наполеон рассчитывал на почетный мир с подобающими плодами победной кампании. Но Александр считал иначе, он наотрез отказался заключать мир и решительно вознамерился воевать дальше. Ко всему еще большинство населения Москвы бежало из города вслед за армией, а особенно рьяные патриоты подожгли опустевший город со всех сторон. Французы, конечно, схватили несколько десятков русских и, объявив их поджигателями, расстреляли, но дело было сделано и деревянная Москва выгорела дотла. Тут перед императором французов встал нешуточный вопрос – что делать дальше? Обычно, когда в Европе он разбивал вражеские армии и брал столицы, побежденные монархи заключали мир, а население, скрепя сердце, выплачивало контрибуцию. Сейчас же противник вел себя абсолютно непредсказуемо. Можно было, конечно же, пойти из Москвы на Петербург и попытаться принудить Александра к миру из его столицы, но где гарантия, что петербуржцы не окажутся такими же отчаянными патриотами, как москвичи и не пустят свой город по ветру, а самодержец всероссийский опять не станет упрямствовать, скажем, из Казани? К тому же русская армия продолжала существовать и, хоть ее и нельзя было найти, ее также нельзя было сбрасывать и со счетов. В итоге, промаявшись месяц на московском пепелище, Наполеон повел свою армию назад.


Итак, Великая армия отступает, за ней следует русская армия и, по большому счету, таким ход событий и оставался до конца кампании, с той лишь особенностью, что в 1812 году в России случилась ранняя и холодная зима. Принято считать, что непривычные к холодам французы замерзали тысячами, а румянощекие русские солдаты и партизаны их только в поленницы укладывали, удивляясь басурманской изнеженности. Между тем, от холода, недостатка теплой одежды и продовольствия страдали обе армии, причем безвозвратные потери от холода и голода были не так уж велики. Не стоит забывать, что в Великой армии кроме собственно французов служили также поляки, немцы, голландцы и прочие представители наций, вовсе не избалованных южным климатом. Снабжению армии Наполеона пытались всячески препятствовать армейские отряды партизан, такие как отряд Дениса Давыдова, а также стихийные крестьянские отряды. Свою задачу они, в принципе, выполнили и принесли немало хлопот французским фуражирам – снабженцам, выражаясь современным языком, однако переоценивать их роль не стоит – полностью расстроить систему снабжения французской армии им не удалось. В итоге, французская армия, претерпев массу лишений, потеряв почти всех лошадей и, следовательно, бросив большую часть артиллерии, пересекла границу Российской империи, покинув ее пределы. Победоносная российская армия также вышла к границе и стала готовиться к заграничному походу. Готовиться нужно было основательно, так как в распоряжении Кутузова к концу кампании осталось 27 тысяч солдат – примерно десятая часть от предвоенного состава армии. Война 1812 года закончилась.

 

Потерпел ли Наполеон в России неудачу? Да, безусловно. Именно после русского похода его звезда начала закатываться. Победила ли Россия в этой войне? Сложный вопрос. Вроде бы и да – враги покинули страну, с другой стороны русская армия понесла очень серьезные потери, но так и не смогла разбить вражескую армию, центральная часть страны и вся Москва лежали в руинах, крова лишились сотни тысяч людей – и это в такую суровую зиму. Пожалуй, самым главным следствием войны 1812 года стало то, что европейские монархи увидели, что даже Наполеону не все по плечу. Была составлена новая антифранцузская коалиция, однако Европу ожидало еще три года войн и кровопролитных сражений, прежде чем Наполеон был низвергнут окончательно. Да, Российская империя ценой огромных усилий и жертв смогла заставить Наполеона отступить, однако, учитывая обстоятельства, я бы не стал рассматривать эту войну как победоносную для русского оружия.

Это как если бы повздорили два мужика из одной деревни - вот они дерутся на улице, затем один из них отступает во двор своего дома и драка продолжается там. Противники обмениваются сильными ударами, после чего тот, кто был у себя во дворе убегает в дом, другой мужик идет следом, чтоб как победитель забрать у побежденного, к примеру, самовар. Однако, зайдя в дом, он видит, что его оппонент поджег свое жилище, а сам вылез через окно в огород и оттуда грозит захватчику кулаком. Победитель плюнул в сердцах, да и пошел домой, а погорелец пошел за ним, швыряет в него комья земли из-за забора и всячески насмехается, к тому же еще на рыночной площади начал всем рассказывать, как он ловко оставил соперника в дураках. Примерно так. А если серьезно, то солдаты обеих армий проявили большое мужество и народы, принимавшие участие в этой войне вправе этим гордиться. Не нужно просто пытаться натянуть исторические события на каркас какого-то, пусть и очень заманчивого стереотипа, все равно, со временем, останется лишь сухая историческая правда.


Дмитрий Ковалевский,
Управляющий партнер агентства социальных коммуникаций O.P.Consulting, для Багнета